Почему Русская православная церковь вообще и патриарх Кирилл в частности в последние недели оказались в центре общественной дискуссии? Происходят ли в общественном сознании изменения в отношении к Русской православной церкви?
Об этом в эфире Радио Свобода – религиовед из Петербурга, ведущий  научный сотрудник Санкт-Петербургского института истории РАН, специалист  по новозаветной библеистике, член богословского факультета  Кембриджского университета Ирина Левинская:
– В глаза бросаются расхождения между словом и делом. С одной стороны  слышим проповеди об аскетизме, о милосердии, о доброте, а с другой  стороны мы наблюдаем захват собственности, наступление на музеи. Одна  история с Торопецкой иконой чего стоит – когда икону из Русского музея, которую просто нельзя  перемещать, отправили в какое-то богатое поместье под Москвой.  Фотография патриарха с миллионными часами на руке, произведшая очень  неприятное впечатление на Украине, огромные кортежи из дико дорогих  машин...
А самое главное - это слияние церкви и государства. Выступление  патриарха в поддержку Путина, его осуждение протестных митингов на  Болотной было одной из последних капель. Патриархия начинает вмешиваться  в политику, причем поддерживая власть. Хотя, казалось бы, роль церкви -  обличать пороки.
– Есть ли тут какой-то эффект индукции, всплеск общественных  настроений, связанный с раздражением части общества от фальсификации  результатов выборов? Может быть, косвенно, рикошетом это раздражение  распространилось и на Русскую православную церковь – именно в силу того,  что патриарх Кирилл воспринимается как часть власти?
– Такой эффект есть. Но последней, конечно, каплей, которая  спровоцировала всю эту критику Православной церкви, стала реакция  Кирилла на выступление Pussy Riot.  Все, что сделали девушки, с моей точки зрения, подпадает под понятие  "юродство". Что такое юродивый? Он выполняет заказ на свободу. Обычно  это происходит во время особого застоя в церковной жизни, во время  чрезмерной регламентированности церковной жизни и тогда, когда церковь  начинает полностью подчиняться монаршей власти. Цель юродивого -  ругаться на миру, пренебрегая общественными приличиями. И надо сказать,  что юродивые на Руси гораздо больше пренебрегали общественными  приличиями. Вспомним, что многие из них просто ходили голые, они  врывались в храмы, они мешали совершать службу.
– Руководство и аппарат РПЦ кажутся мне достаточно  высокоинтеллектуальными организациями. Много умных священников:  семинария дает хорошее гуманитарное, историческое образование. Очевидно,  этим людям, которые к Богу чуть ближе, чем все остальные, должен быть  присущ какой-то здравый смысл. Почему РПЦ совершает такие неуклюжие  шаги?
– Если Господь хочет покарать, он лишает разума. Понимаете, из Нового  Завета можно ведь надергать любых цитат. Важно одно, что основной дух  Евангелия - это дух любви. И вдруг мы вместо любви, прощения, милосердия  видим немыслимую агрессию. По-видимому, людей трансформирует сращение с  государством, приоритет политического над духовным.
– Какие часы уместно, на взгляд религиоведа, носить  предстоятелю? Может быть, вообще не нужны патриарху часы? Зачем ему  время знать...
– Во-первых, не нужны. Во-вторых, если они нужны... Знаете, какова была  бы разумная и вменяемая реакция на фотографию украинского журналиста?  Патриарх бы удивился и сказал: "Ну надо же, я не знал, что такие дорогие  часы". Затем немедленно бы устроили аукцион и пожертвовали бы эти  деньги на какой-нибудь приют. Поначалу примерно так из патриархии и  отвечали – но посмотрите, что происходит сейчас. На глазах у всей страны  патриарх солгал. В программе Соловьева патриарх сам вернулся к этому  вопросу и сказал, что он никогда не носил часов, а вот после того, как  появилась эта фотография, он среди коробок 

подношений обнаружил часы –  надо же, вот те же самые. Блогеры стали просматривать внимательно  интернет - и тут же появились эти фотографии. Как себя повела  патриархия? Вместо того чтобы покаяться, извиниться и как-то этот  скандал пригасить, они стали исправлять фотографию, как будто бы это  можно сделать в эпоху интернета.
Патриарх таким поведением дискредитирует Русскую православную церковь.  Много писали по поводу резиденции патриарха, этой демонстрации роскоши.  А, с другой стороны, у нас огромное количество приходов, где работают  прекрасные, самоотверженные священники, у которых нет денег для того,  чтобы хоть как-то отремонтировать храмы. И одновременно верхушка  православной церкви иногда рейдерски захватывает собственность.  Посмотрите, что происходит в Калининграде, где РПЦ получила здания,  которые никогда им не принадлежали, которые принадлежали католическим и  протестантским приходам. Отнимаются детские больницы, которые находились  в зданиях, когда-то принадлежавших православной церкви. А в век  интернета это скрыть невозможно.
– Возможен ли внутрицерковный бунт совестливых, честных, бедных священников против клира?
– Очень вряд ли. Церковная организация - это практически армейская  организация, там не дадут устроить никакого бунта. Обратите внимание,  что когда верующие в Москве подписывали письма с просьбами не наказывать  участниц группы Pussy Riot, некоторые священники отказались участвовать  в этих мероприятиях. Церковные власти могли призвать их потом к ответу.
– Могут ли быть у этих историй какие-то социальные последствия для РПЦ? Или со временем все успокоится?
– Осадок очень глубокий, очень серьезный. Понимаете, это действительно  очень глубокий системный кризис. У патриарха, когда он, собственно, стал  патриархом, была очень плохая репутация. Вспоминают и определение  "табачный патриарх", история с торговлей табаком, алкоголем; одно время  как-то вдруг это притихло, но сейчас это все опять начинает  вспоминаться, выстраиваться в единую линию. Конечно, патриархии надо  резко менять линию для того, чтобы сохранить хоть какое-то уважение  общества.